ауреус, динар, динар Шапура, Шапур, солид, Косон, Козон, aureus, Titus aureus, Koson, Kozon, dinar, solid, Shabuhr, Shabuhr dinar

 

Монеты Древнего Рима.

Чеканка золотой монеты во время Римской Республики (до 46 г. до н.э.) происходила эпизодически и по массе переработанного металла не превышает выпуск одного такого полиса как Фокея или Митилены. Поступавшее в казну в качестве военной добычи золото переплавлялось в слитки и хранилось в сокровищнице Сатурна (aerarium sanctius).

За период ориентировочно от 357 г. до н.э. до захвата казны Цезарем в 49 г. до н.э., золота в этой сокровищнице накопилось по разным данным от 4135 фунтов до 15000 безразмерных слитков. Даже если предположить, что эти 15000 слитков имели массу в 1 римский фунт каждый (около 327 грамм), то золота в казне Римской Республики за 300 лет собралось «всего лишь» около 5 тонн.

Тем не менее, в триумфальном для Цезаря 46 г. до н.э. был выполнен чрезвычайно обильный выпуск ауреусов с именем Авла Гирция (Aulus Hirtius), префекта Рима, личного друга и политического соратника Цезаря. Эти монеты были чеканены исходя из нормы 40 ауреусов из одного римского фунта, то есть имели массу около 8,18 грамм в среднем. Только этот один эпизод эмиссии ауреусов превзошел всю чеканку золота в предшествующей истории Рима.

Но, период Римской Республики в нашем собрании представлен иной, очень интересной монетой – это чеканенный в аттическом весе золотой статер, изображения которого подражают сюжетам республиканской чеканки: римский консул в сопровождении двух ликторов на аверсе (денарий М. Юния Брута, 54 г. до н.э.) внизу подпись ΚΟΣΟΝ и орел с расправленными крыльями, стоящий на скипетре левой лапой, в правой держит венок (денарий Кв. Помпония Руфа, 73 г. до н.э.). Первые попытки определения монет этого типа относятся еще к 1543 году, когда в горах Трансильвании был обнаружен их крупный клад. Единого мнения по этому поводу нет и сегодня, но с учетом данных последних исследований о составе сплава аналогичных монет  очень вероятным выглядит определение монеты, как выполненного из местного природного сырья дакийского подражания монетам М. Юния Брута 43/42 гг. до н.э.

В дальнейшем, норматив массы ауреуса неоднократно изменялся в сторону уменьшения. Так, представленный в нашей коллекции золотой 78-79 гг. н.э. уже чеканен по норме 45 монет из фунта (в среднем 7,27 грамм).

Эта монета связана с противоречивой личностью Тита, который остался в истории как идеал императора, наделенный множеством благородных качеств – щедростью, справедливостью, милосердием, в то время как будучи соправителем и наследником своего отца вызывал опасения у современников жестокостью, алчностью и развратностью. Ему было суждено стать исполнителем пророчества Иисуса о разрушении иерусалимского Храма (70-й год), но он же прославился как великий строитель – при нём была окончена стройка крупнейшей арены античности – Колизея. Последствия катастрофического извержения вулкана Везувий 79 г., в результате которого погибли города Помпеи, Геркуланум и Стабии, были устранены за счет казны по велению Тита.

 

Золотые того же веса чеканили и во время наивысшего расцвета Римской Империи – эпоху 5-и добрых императоров из династии Антонинов (96-180 гг. н.э.). Монеты этого периода истории Римской Империи выделяются отличным качеством чеканки, а портреты выполнены на высочайшем художественном уровне и прекрасно отражают характер императоров и членов их семей – это именно то наиболее важное качество римских монет, за которое нумизматы их так ценят. Это время наибольшей славы Рима и его лучшие монеты. Стабильная экономическая ситуация в государстве и порядок в денежной системе стали причиной относительно однородной интенсивности чеканки золота на уровне около 40 штемпелей аверсов в год, что, однако, не выше аналогичного показателя на уровне 44 штемпелей аверсов в год для эпохи Александра Македонского и диадохов (340-290 гг. до н.э.).

Кризис III-го века нашел свое отражение и в монетах. Золотые императоров Валериана I (253-260 гг.) и Галлиена (253-268 гг) часто имеют вес лишь немного более 2 грамм, ясно свидетельствуя о тяжелейшем финансовом положении Империи. Неудачные для римлян войны с набирающим силу государством Сасанидов  имели своим результатом гибель императора Гордиана III в 244 г. и обязательство выплатить огромную контрибуцию золотом данное императором Филиппом Арабом, а также последовавшее в 260 г. пленение императора Валериана и его армии. Эти события увековечены в надписях и наскальных рельефах победителя римлян – шахиншаха Шапура I. Его золотой динар, чеканенный в Ктесифоне в 242-252/3 гг. является свидетелем наивысшей славы Новоперсидской державы.

Постепенная стабилизация положения Империи произошла благодаря разносторонним реформам, начатым во время правления Диоклетиана (284-305 гг.) и продолженных Константином I Великим (306-337 гг.). Во время его правления столица Империи была перенесена на место древнего греческого города Византий и еще при жизни императора стала именоваться Константинополь. Константин сделал христианство государственной религией и сам принял крещение перед смертью. Золотые монеты этого времени получили название «солид» и были чеканены по норме 72 монеты из фунта (4,54 грамма).

В нашей коллекции представлен солид императора Восточной Римской Империи Феодосия II, чеканенный в 424-430 гг. На реверсе монеты изображен в полный рост император, который в правой руке держит лабарум с хризмой (монограммой Иисуса Христа) – легендарное знамя Константина Великого, образ которого он увидел во сне перед решающей битвой за власть и услышал голос: «Этим побеждай!».   

На аверсе монеты мы видим безусловно красивый, но образный портрет императора, в котором не стоит искать сходство с реальным человеком. Это изображение полностью соответствует настроениям эпохи и влиянию государственной религии – христианства, которое выражается в первоочередном внимании к внутреннему, духовному миру, а не изменчивому и греховному материальному и соотносится не с реальным человеком, а скорее с неким обобщенным, идеализированным образом императора как института.

Постепенный переход от реалистичного портрета к отвлеченному образу, наметился в изобразительном искусстве Рима примерно после правления Галлиена. Изображения на монетах Константина Великого и его ближайших последователей уже зачастую абстрактны и практически лишены индивидуальных черт, они теряют своё значение портретов, тем самым давая место иконописи Византии.